Дракон. Замятин Е.
Литература
 
 Главная
 
Портрет Е. И. Замятина
работы Б. М. Кустодиева, 1923 г.
 
 
Рассказ Е. И. Замятина
«Дракон»

(к уроку литературы в 7 классе)
 
 
 
 
 
 
 
Замятин Евгений Иванович
(1884 – 1937)
 
ДРАКОН[1]
 
Люто замороженный, Петербург горел и бредил. Было ясно: невидимые за туманной занавесью, поскрипывая, пошаркивая, на цыпочках бредут вон желтые и красные колонны, шпили и седые решетки. Горячечное, небывалое, ледяное солнце в тумане – слева, справа, вверху, внизу – голубь над загоревшимся домом. Из бредового, туманного мира выныривали в земной мир драконо-люди, изрыгали туман, слышимый в туманном мире как слова, но здесь – белые, круглые дымки; выныривали и тонули в тумане. И со скрежетом неслись в неизвестное вон из земного мира трамваи.

На трамвайной площадке временно существовал дракон с винтовкой, несясь в неизвестное. Картуз налезал на нос и, конечно, проглотил бы голову дракона, если бы не уши: на оттопыренных ушах картуз засел. Шинель болталась до полу; рукава свисали; носки сапог загибались кверху – пустые. И дыра в тумане: рот.

Это было уже в соскочившем, несущемся мире, и здесь изрыгаемый драконом лютый туман был видим и слышим:

– ...Веду его: морда интеллигентная – просто глядеть противно. И еще разговаривает, стервь, а? Разговаривает!

– Ну, и что же – довел?

– Довел: без пересадки – в Царствие Небесное. Штыком.

Дыра в тумане заросла: был только пустой картуз, пустые сапоги, пустая шинель. Скрежетал и несся вон из мира трамвай.

И вдруг – из пустых рукавов – из глубины – выросли красные, драконьи лапы. Пустая шинель присела к полу – и в лапах серенькое, холодное, материализованное из лютого тумана.

– Мать ты моя! Воробьеныш замерз, а! Ну скажи ты на милость!

Дракон сбил назад картуз – и в тумане два глаза – две щелочки из бредового в человечий мир.

Дракон изо всех сил дул ртом в красные лапы, и это были, явно, слова воробьенышу, но их – в бредовом мире – не было слышно. Скрежетал трамвай.

– Стервь этакая; будто трепыхнулся, а? Нет еще? А ведь отойдет, ей-бо... Ну скажи ты!

Изо всех сил дунул. Винтовка валялась на полу. И в предписанный судьбою момент, в предписанной точке пространства серый воробьеныш дрыгнул, еще дрыгнул – и спорхнул с красных драконьих лап в неизвестное.

Дракон оскалил до ушей туманно-полыхающую пасть. Медленно картузом захлопнулись щелочки в человечий мир. Картуз осел на оттопыренных ушах. Проводник в Царствие Небесное поднял винтовку.

Скрежетал зубами и несся в неизвестное, вон из человеческого мира, трамвай.

1918

Источник: Евгений Замятин. Избранное. — М: Правда, 1989.
 

1. Дракон – рассказ метафорический.
Смыслообразующими метафорами в произведении являются прежде всего дракон (человеко-зверь, существо, принадлежащее двум мирам), а также несущийся трамвай как воплощение сумасшедшего мира. В образе дракона перед читателем предстаёт красноармеец, которому поручено делать революцию.
Взгляд автора и читателя сфокусирован «красных драконьих лапах» и тельце воробья в этих лапах. Дракон отогревает птичку в лапах, отбросив за ненадобностью винтовку. Перед читателем путь строителей новой жизни – движение от нечеловеческого к человеческому и всё-таки обратно: "Проводник в Царствие Небесное поднял винтовку".
Трамвай, несущийся по рельсам, – это метафора движения в заданном направлении, неотвратимого хода истории. (вернуться)

 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Главная страница
 
 
Яндекс.Метрика